Поездка на закате эпохи: Брежнев в Сибири и на Дальнем Востоке весной 1978 года
Опубликовал: zampolit, 10-11-2012, 18:14, Путешествие в историю, 19 205, 3
10 ноября 1982 года ушёл из жизни Леонид Ильич Брежнев — Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР, четырежды Герой Советского Союза. Трёхдневный траур, объявленный по всей стране, для многих школьников обернулся неожиданными каникулами, а для государства — началом завершающего этапа эпохи, которую историки позже назовут «застоем». Но за четыре с половиной года до этой даты, весной 1978-го, семидесятилетний руководитель страны предпринял одну из своих последних масштабных поездок — путешествие на спецпоезде от Кирова до Владивостока, ставшее одновременно демонстрацией преемственности власти и свидетельством физического увядания генсека.
К марту 1978 года Брежнев уже два года жил с последствиями тяжёлого инфаркта, перенесённого в 1976 году. Его здоровье заметно пошатнулось: руки тряслись, речь стала невнятной, сил на многочасовые встречи почти не оставалось. Тем не менее, руководство страны сочло необходимым организовать инспекционную поездку под официальной формулировкой «изучение работы местных партийных органов в хозяйственном строительстве». Маршрут пролегал через ключевые точки освоения восточных территорий: нефтегазоносную Тюменскую область, промышленные центры Сибири, стройку века — БАМ, и стратегически важный Дальний Восток, где напряжённость на китайской границе требовала демонстрации внимания Москвы к военным округам.
Киров, ночь 25–26 марта. Спецпоезд из четырёх вагонов прибыл на станцию в ночной час. Первые лица области собрались на перроне, ожидая выхода генсека — по традиции того времени даже пятиминутная стоянка сопровождалась коротким приветствием. Но Брежнев не появился. Вместо него вышел министр обороны Дмитрий Устинов с лаконичным сообщением: «Лидер страны отдыхает, его решено не будить». Милиционеры, выстроенные через каждые 100–150 метров вдоль пути следования, получили строгий приказ: «Никому и ни о чём не говорить». Любопытна местная легенда: накануне ожидаемого визита на площади перед вокзалом повесили огромный портрет Брежнева, но неизвестные шутники намазали его край медвежьим салом. На запах сбежались собаки со всей округи и устроили хоровое облаивание советского лидера — скандал замяли, но история осталась в городском фольклоре.
Тюмень, 30 марта. Накануне поезд ночевал в Талице. В полдень спецсостав подошёл к тюменскому вокзалу. Встречающие растянулись цепочкой вдоль перрона, не зная, в каком именно вагоне находится генсек. Сначала на перрон спустилась охрана, затем появился сам Брежнев. Опора на руки сопровождающих была заметна. «Как живёте, сибиряки?» — произнёс он. «Хорошо живём, Леонид Ильич!» — дружно ответила делегация. Через две-три минуты поезд тронулся. Вечером радио и телевидение сообщили, что генсек «провёл совещание с руководством области и дал ценные указания» — хотя фактически беседы не было. Это был второй визит Брежнева в Тюмень: первый состоялся 30 марта 1972 года.
Новосибирск, 31 марта. Слякотные улицы города подсушили с помощью авиационных двигателей, установленных на автомобильные шасси. Встреча прошла в депутатской комнате вокзала и в обкоме КПСС. У Брежнева был болезненный вид: речь он читал, не отрываясь от бумажки, движения были скованными. Первый секретарь обкома Фёдор Горячев подготовился к визиту основательно — и уже в конце года Совмин СССР утвердил проект строительства новосибирского метрополитена. Брежнев также посетил ракетную армию, подчеркнув военно-стратегическое значение региона.
Красноярск, 1 апреля. В этот день вместе с генсеком в город прибыл Председатель Совета Министров СССР Алексей Косыгин. Руководители края обосновали необходимость создания самостоятельного института советской торговли. Решение было принято оперативно: в феврале 1979 года открылся филиал Ленинградского института советской торговли им. Ф. Энгельса.
Иркутск, 2 апреля. Для Брежнева город не был новым: в 1973 году он посещал Иркутск после подписания договора ОСВ-2 в Москве, а в 1960-е бывал здесь с югославским лидером Иосипом Броз Тито. Тогда жена Тито Иованка, посетив мехопушную базу, с разбегу прыгнула на гору соболиных шкур, разлеглась и откровенно клянчила соболей у растерянных обкомовских чиновников.
Чита и Песчанка, 3 апреля. Встреча на станции Чита-2 прошла с участием командования Забайкальского военного округа и пограничных войск — отношения с Китаем оставались напряжёнными. Но главным пунктом программы стал военный городок Песчанка, где в 1935–1936 годах молодой Леонид Брежнев проходил службу в танковой части. Здесь он осмотрел учебно-материальную базу, музей боевой славы (где увидел свой портрет в танкистском шлеме), побывал на политзанятиях и оставил запись в Почётной книге: «Дорогие солдаты и офицеры! Для меня памятны и дороги эти места. Я начинал здесь воинскую службу в 1935–1936 годах в танковой части…».
Сам Брежнев впоследствии вспоминал Песчанку с ностальгией: бараки, построенные японцами, жёлтая земля, дикие скалы, сонный верблюд с бочками воды, две шайки воды на человека в бане. К 1978 году всё изменилось: современные казармы, светлые помещения, заправленные койки. Учебная дивизия в Песчанке носила имя Брежнева вплоть до начала 1990-х годов.
Сковородино, 4 апреля. На станцию привезли строителей БАМа. Брежнев отметил: «Сделано много, но предстоит сделать ещё больше. Пройдёт немного времени — и в этих краях трудом человека будут созданы новые промышленные комплексы. БАМ поможет полнее использовать богатейшую кладовую недр». Прогноз оказался точным.
Хабаровск, 5 апреля. Здесь Брежневу преподнесли необычный подарок: народный умелец Никитин за двое суток изготовил из сухого ореха полуметровую скульптуру «Амур-батюшка» с бородой из кованого серебра, в которой «плавали» рыбки. Командующий войсками ДВО генерал армии Иван Третьяк вручил подарок на общевойсковых тактических учениях на Анастасьевском полигоне. Брежнев был тронут. Не задерживаясь в городе, он проследовал во Владивосток.
Владивосток, 6–9 апреля. Третий визит генсека в столицу Приморья: первый — в 1966 году для вручения ордена Ленина краю, второй — в 1974-м для встречи с президентом США Джеральдом Фордом. Программа включала совещание по комплексному развитию Восточной Сибири и Дальнего Востока, выход в море на крейсере «Адмирал Синявин» с министром обороны Устиновым и главкомом ВМФ адмиралом Горшковым. Во время огневого упражнения командир крейсера капитан 2 ранга В. Плахов и замполит капитан 3 ранга И. Спицын получили из рук генсека часы с гравировкой «От Л.И. Брежнева 1978 г.». Брежнев также присутствовал на концерте Ансамбля песни и пляски Тихоокеанского флота — в том же году фирма «Мелодия» выпустила стереодиск с записью выступления.
Комсомольск-на-Амуре. Прибыв сюда авиаэкскурсией из Владивостока, Брежнев назвал город «необычайной биографии» — дань уважения комсомольцам-первостроителям. Отсюда он вернулся во Владивосток и вылетел в Москву.
По итогам вояжа по всей стране прошли пленумы и собрания, где «обсуждались» записки генсека и принимались решения по реализации его «ценных замечаний». Был издан цветной фотоальбом «Всегда с народом», а киностудия «Союзтелефильм» сняла одноимённый агитационный фильм, доступный сегодня в архивах РГАКФД. Брежнев раздавал рабочим и военнослужащим свою книгу «Малая земля», получал подарки — и уставал от бесконечных встреч, что было заметно даже по официальным кадрам.
Интересен сравнительный контекст: в советский период лидеры редко бывали на Дальнем Востоке. Никита Хрущёв посетил Владивосток дважды (1954 и 1959 гг.), Брежнев — трижды (включая визит 1978 г.), Горбачёв и Ельцин — по одному разу. Уже в российский период внимание к востоку страны усилилось: с 1999 по сентябрь 2011 года Владимир Путин посетил Дальний Восток 12 раз (в ранге премьера и президента), Дмитрий Медведев — семь раз за три года, включая подготовку к саммиту АТЭС-2012 во Владивостоке.
Поездка Брежнева весной 1978 года стала символом позднесоветской эпохи: внешне монументальной, но внутренне исчерпанной. Спецпоезд, мчащийся через полстраны с больным вождём, который едва мог выйти на перрон в Тюмени, но должен был демонстрировать «неразрывную связь с народом» — эта картина отражала состояние всей системы. И всё же поездка имела практические последствия: ускорение строительства метрополитена в Новосибирске, открытие торгового института в Красноярске, внимание к БАМу и военным округам. Сегодня, спустя десятилетия, маршрут того вояжа — от Тюмени до Владивостока через станции Песчанка и Сковородино — мог бы стать историческим туристическим маршрутом, напоминающим о времени, когда страна, замедлив ход, всё ещё пыталась смотреть вперёд.
