Зима сорок первого года выдалась лютой даже по меркам средней полосы России: снега выпало втрое больше обычного, морозы сковали дороги, а техника застревала в сугробах. Но именно в этих экстремальных условиях советская пехота обрела неожиданное преимущество — лыжи. Став «снежной кавалерией», бойцы совершали стремительные обходные манёвры, окружали вражеские укрепления и преследовали отступающего противника там, где танкам и автомобилям не было хода. А «крылья» для этой пехоты вытачивали в глубоком тылу — на Тюменском деревообрабатывающем комбинате, который с 1943 года стал известен как «Красный Октябрь».

История предприятия началась задолго до войны. В начале 1930-х годов ручное изготовление мебели в мелких мастерских уже не удовлетворяло потребностей растущих совхозов и строек. В 1931 году на западной окраине Тюмени, на поросшей бурьяном площадке в стороне от жилых кварталов, заложили фундамент будущего гиганта деревообработки. Выбор места определила близость железнодорожной ветки — древесину тогда доставляли преимущественно водным путём, а до Туры отсюда было далеко. Этот недостаток впоследствии заставил комбинат закупать пиломатериалы на других предприятиях.

Строительство продвигалось медленно. Как вспоминала позже председатель ветеранской организации Александра Дудова, цеха планировали запустить в 1932 году, но стихия вносила свои коррективы: то пожары уничтожали готовые конструкции, то ураганы сносили строения. Лишь 1 мая 1933 года деревообрабатывающий комбинат официально вступил в строй действующих предприятий города. Первые лица Тюмени пришли на торжественный пуск трёх каркасно-насыпных цехов длиной свыше ста метров. Рядом выросли бараки для рабочих, а между производственными корпусами курсировал гужевой транспорт: 150 лошадей и столько же грузчиков-возчиков перевозили брёвна и готовую продукцию. Отходы производства грузили вручную на носилки и везли в котельную.

Ещё в 1940 году на комбинате освоили выпуск лыж — спрос подстегивали и суровый сибирский климат, и массовое развитие физкультуры, включая нормы ГТО. В тот же год в цех № 1 пришла 16-летняя Мария Матюгорова. Ей предстояло проработать на предприятии 36 лет, пройдя путь от юной ученицы до опытного мастера лыжного производства.

Всё изменила ночь на 22 июня 1941 года. Уже к утру 23-го в заводоуправлении в спешном порядке рассчитывали зарплату для призывников и разрабатывали план перехода на оборонные заказы. Более двухсот мужчин комбината ушли на фронт. В тылу остались женщины, подростки и пожилые — им предстояло освоить выпуск не только лыж и палок, но и упаковок под мины, прикладов для винтовок, пиломатериалов для переправ и черенков для сапёрных лопат.

Октябрьским морозом 1941 года цеха промерзали до состояния ледяных пещер — отопления не было. Рабочие бегали греться в котельную между операциями. Женщины ворочали тяжёлые чурки, закрепляли их в тисках и распиливали на заготовки под лыжи. В лыжном цеху трудились исключительно женщины и девочки-подростки. При этом план по лыжам выполняла не только фабрика: вся Тюмень включилась в кооперацию. Артель «Рекорд» ежедневно поставляла не менее 20000 металлических колец для креплений, которые сваривали в мастерских «Красногвардейца» и передавали сотне комсомольцев из артели «Кожизделие» для монтажа на лыжные палки. ДОК обеспечивал всех партнёров чертежами и прорезиненными ремешками, а также обязывал пилить по 10 000 брусков для палок ежесуточно.

В сентябре 1941 года по области прошла волна сбора тепла для фронтовиков: тюменцы несли на пункты приёма тулупы, фуфайки, простыни и матрацы — всё, что могло спасти солдата от холода под Москвой.

Перелом наступил весной 1943 года. На комбинат прибыли военнопленные, что несколько облегчило нагрузку на женщин и подростков. В том же году произошло важное структурное преобразование: деревообрабатывающий комбинат объединили с лесозаводами «Красный Октябрь» и «Республиканец», получив официальное название, под которым предприятие войдёт в историю. По итогам 1943 года ДОК изготовил 55150 пар лыж, 34408 пар палок, 34405 аэродромных лопат, а также 22 дивана, 5 оттоманок и 16 пружинных матрацев — первые признаки подготовки к мирной жизни.

Но 25 декабря 1943 года стихия вновь обрушилась на предприятие. В ночь на 26-е огонь охватил машинное отделение и распиловочный цех, уничтожив станки и моторы. В военных условиях восстановить потери полностью не удалось — этот пожар отразился на мощностях комбината ещё много лет спустя. Именно череда пожаров (в 1930-е и в 1943 году) привела к почти полной утрате архивных документов о деятельности предприятия в годы войны — сегодня исследователям приходится восстанавливать историю по воспоминаниям ветеранов и фрагментарным фондам.

К февралю 1945 года, когда советские войска уже форсировали Одер, на комбинате начали готовиться к мирному труду: пригласили с севера мастеров-мебельщиков, наладили выпуск гражданской продукции. Но фронт ещё требовал спецупаковки для боеприпасов. И в эти дни трагически оборвалась судьба бывшего доковского столяра Ивана Захаровича Безноскова. Командуя батальоном, он успешно форсировал Одер, стремительным броском достиг вражеского аэродрома и захватил 22 исправных самолёта, не дав им подняться в воздух. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 апреля 1945 года ему присвоили звание Героя Советского Союза. Но Иван Захарович, призванный на фронт из Ханты-Мансийска, скончался от ран 6 апреля — за месяц до Великой Победы.

24 работника деревообрабатывающего комбината не вернулись с войны. Их имена высечены на обелиске, установленном на территории предприятия. Этот памятник — один из немногих материальных свидетельств подвига доковцев: архивы сгорели, но память останалась.

Тюменский деревообрабатывающий комбинат «Красный Октябрь» стал символом тылового подвига в суровые годы войны. Его лыжи обеспечили Красной Армии ту маневренность, которая оказалась решающей в зимней кампании под Москвой и в последующих наступательных операциях. Женщины, подростки и старики, трудившиеся по 12 часов в неотапливаемых цехах, внесли свой вклад в общую Победу — не на поле боя, но с не меньшим самоотверженностью. Трагедия пожаров, уничтоживших историческую память предприятия, делает ещё ценнее сохранившиеся свидетельства: имена погибших, воспоминания ветеранов вроде Александры Дудовой, образ 16-летней Маруси Матюгоровой, ставшей мастером своего дела. Подвиг доковцев — это история не только о лыжах, но о том, как деревянные заготовки превращались в крылья для пехоты, а труд в тылу становился неотъемлемой частью победного пути к Берлину.