Топ-100

Печать партизан и повстанцев Западной Сибири в годы гражданской войны

Опубликовал: zampolit, 8-02-2023, 11:53, Путешествие в историю, 282, 0

Партизанские периодические издания в борьбе с колчаковщиной
В большинстве крупных антиколчаковских партизанских соединений Западной Сибири в 1919 г. действовали агитационные и информационные отделы, в задачу которых входило разъяснение целей борьбы, освещение текущей военно-политической обстановки, проведение мобилизационной кампании.

Агитационно-пропагандистская работа велась как в устной, так и в письменной форме. Несмотря на преобладание устной формы агитации, агитационные отделы, штабы и другие партизанские органы власти выпускали печатные воззвания, призывы, периодические издания, которые печатались, в том числе и в типографиях, для распространения среди партизан и местного населения.

На территории Западной Сибири партизанская периодика выходила только в пределах Алтайской губернии, представлявшей собой наиболее мощный очаг крестьянского антиколчаковского сопротивления. Одним из первых печатных изданий органов власти партизанского движения в Алтайской губернии являлись «Известия Главного военно-революционного штаба» Алтайского округа. Издавались они со 2 по 18 августа 1919 года в селе Зимино Барнаульского уезда Алтайской губернии, причем печатались на пишущей машинке и распространялись по соседним деревням, находившимся в зоне партизанского влияния.

Это партизанское издание не только сообщало о хронике важнейших событий партизанской жизни, давало оперативные сводки о боевых действиях партизан, но и одной из главных задач ставило формирование чувства ненависти к врагу в партизанских рядах. Персонификация врага у партизан распространялась не только собственно на белых (колчаковцев), но и на всех представителей и сторонников колчаковской власти на селе: милицию, торговцев, священнослужителей, казаков и прочих. В очагах партизанского движения эта озлобленность прорывалась со всей предопределенностью и беспощадностью.

Чувство долгожданной мести к апологетам Колчака было мощным фактором сплочения, солидаризации партизанской массы, способствуя смелым и решительным налетам партизан на вражеские объекты. Так, после порки родителей ушедших в партизанский отряд парней в селе Чистюнька партизаны решили жестоко отомстить принимавшей в этой репрессивной акции милиции. Газета партизан «Известия Главного военно-революционного штаба» крестьянской Красной Армии Алтайского округа в сводке за 2 августа 1919 года сообщала о жестоком суде и последовавшей устрашающей расправе партизан над милицией в селе Чистюнька, сопровождавшейся крайней экзальтацией исполнителей. При этом подчеркивалась решающая, психологически доминантная роль мотива мести в этих действиях. По словам газеты, зиминские партизаны «летели мстить за недавнюю порку»: «Дом милиции был быстро оцеплен и обстрелян из револьверов и винтовок. Милиционеры хотели отбиться, но возбужденная масса с криками “Смерть злодеям!” сожгла дом, в котором сидели кровопийцы; зажгли крышу саманной кузницы, в которой засел начальник милиции с 3 милиционерами и делопроизводителем <...> И суд совершился <...> Начальник живым сгорел (расплатился) за все мученья, которые он делал народу; делопроизводитель застрелился. Милиционеры выскочили из кузницы и были убиты. Два священника и дьякон, как колчаковские шпионы, были убиты повстанцами».

По сведениям Ю. Циркунова, партизан Чаузов действительно 2 августа 1919 года убил начальника районной милиции и 8 милиционеров. Факты расправ партизан над буржуазией, чиновничеством, священнослужителями подтверждаются и достаточно достоверными, репрезентативными сведениями, содержащимися в советской (1920—1921 гг.) партизанской печати, воспоминаниях видных участников партизанского движения.

После наступления партизан на г. Камень, в процессе формирования штаба партизанского отряда И. В. Громова, было организовано издание «Информационного листка», в котором регулярно сообщалась информация о боевых действиях партизан против белых, о зверствах и грабежах со стороны колчаковцев, пробуждавшая в крестьянских массах чувство мести к врагам.

Так, «Информационный лист» штаба корпуса партизанской армии Западной Сибири от 13 августа 1919 года сообщал, что, заняв село Малышево, белые совершили массу насилий: изнасиловали около 30 женщин, среди которых были девушки, зарубили 12 мирных жителей и даже казнили тринадцатилетнего мальчика.

«Известия информационного отдела штаба 3-го корпуса крестьянской Красной Армии», в отличие от предшествующих партизанских изданий, печатались типографским способом. В частности, они сообщали о сжигании белыми деревень, грабежах имущества крестьян.

Отнюдь не случайно в воззвании агитационного отдела Главного военно-революционного штаба Алтайского округа к партизанам от 2 сентября 1919 года подчеркивалось: «Мы помним вырезанные семейства, и, пока жив хотя бы один из известных нам негодяев, предводительствуемый Колчаком, не остановимся, чтобы не воздать ему по заслугам». 7 сентября было напечатано подобное же воззвание под характерным названием «На борьбу с врагами народа», в котором отчетливо звучит мысль о страшном суде голодных и бедноты над дармоедами и угнетателями.

8 сентября 1919 года Главный военно-революционный штаб Алтайской губернии обратился к трудящимся крестьянам с воззванием «Долой шкурников и трусов! Все — на борьбу с озверевшим врагом!». Автор воззвания, начальник информационного отдела большевик П. К. Голиков, призывал крестьянство «не щадить своих врагов». Он делал акцент на беспощадной жестокости врага, превратившегося в озверевшую банду «нелюдей».

Подобные примеры агитационно-пропагандистской деятельности партизанских штабов в очередной раз подтверждают, что механизм конструирования образа врага, как правило, направлен на обоснование своей правоты в войне, на утверждение собственного морального превосходства, убеждение в неизбежной победе и включает в себя акцентирование жестокости, коварства, агрессивности противника.

Таким образом, в партизанской печати явственно прослеживаются следующие доминирующие направления в формировании врага в сознании трудовых крестьянских масс — это ненависть к врагу, изображение образа врага зверя и его жестокости, варварства, насилий, убийств, грабежей на захваченных территориях.

В главном партизанском штабе Алтайской губернии информационные листки составлялись К. А. Калачевой, редактировались большевиком П. К. Голиковым. Ввиду малого тиража рассылался информационный листок только районным штабам и в партизанские отряды. После захвата партизанами г. Камня в нем стала выпускаться газета «Известия штаба 3-го корпуса партизанской Красной Армии». Всего до момента слияния партизанских полков с частями регулярной Красной Армии (10 декабря 1919 года) было выпущено около десятка номеров этой газеты.

Правительственная печать, как правило, полностью отрицала сознательное участие крестьян в антиколчаковской борьбе, сводя, по справедливому замечанию А. Н. Никитина, все содержание и направленность партизанского движения к заурядной уголовщине. Особенно много и охотно о деструктивном поведении партизан, их негативных нравственно-психологических качествах писала официальная и кадетская пресса, формируя тем самым устойчивое отрицательное общественное мнение о «бродячих большевистских бандах». Официальная колчаковская периодика, в том числе издание информационного отдела штаба Верховного главнокомандующего, военная газета «Русская армия», изобиловала сообщениями, письмами о мести, зверствах, насилиях со стороны большевиков, явно преувеличенных и вымышленных. Так, в заметке «Месть краснокожих» со слов беженца, рабочего Мотовилихинского завода Пермской губернии, сообщалось о том, что в Мотовилихе, красными якобы «вырезано 8000 человек рабочих и их семейств». Очевидно, что газета также выполняла важнейшую идейно-политическую задачу — создать образ врага в лице большевиков с тем, чтобы мобилизовать солдат к беспощадной борьбе с Красной Армией.

Другая, героико-романтическая трактовка мотивов партизанского движения под влиянием идеологизации массового сознания пореволюционной эпохи нашла широкое отражение сразу же после восстановления Советской власти в Сибири. «Известия» Каменского уездного революционного комитета», еще сохранившие преемственность с партизанскими изданиями, например, писали в своем обращении к населению: «Как мы, братья, скоро забыли те дни, когда каждый горел огнем борьбы и мести против насильников и не щадил себя и своего имущества и дорогою ценой крови освобождал себя и других из крепких цепей капитала, и нес на алтарь борьбы все, что имел, без ропота, руководствуясь одним инстинктом, что должно быть так. Победа или поражение, жизнь или смерть».

Ненависть к колчаковскому режиму, жестокому и несправедливому старому миру, олицетворявшемуся с ним, являлась, на наш взгляд, главной, определяющей чертой ментальности наиболее активной, сознательной части партизан, причем нередко она буквально пронизывала нравственный облик повстанцев; оставляла очень глубокие следы в массовой психологии. Это позднее проявилось в деформациях общественного сознания, синдроме жестокости и насилия, в том числе в период массовой коллективизации.

Периодическая печать западносибирских повстанцев в пропагандистской борьбе с большевиками (1921 г.)

Наиболее яркие, образно-насыщенные характеристики классового врага в лице коммунистов были характерны для антикоммунистической печати повстанчества, участников антибольшевистского Западносибирского крестьянского восстания 1921 года. В период восстания 1921 года, после захвата г. Тобольска Тюменской губернии повстанцами, Главный штаб Народной Армии издавал типографским способом ежедневную газету «Голос Народной армии».

Редактором газеты стал заведующий инструкторским отделом «Центросоюза» Горюнов, ответственным секретарем — выпускник Санкт-Петербургского университета, бывший помощник присяжного поверенного и член партии народных социалистов Н. П. Панов. Ранее он работал сотрудником Наркомвнешторга по обслуживанию Обь-Печерского края и восстание встретил во время поездки по Тобольскому уезду. Руководители повстанцев придавали огромное значение массово-политической пропаганде идей антибольшевистского повстанческого движения. Один из первых историков Западносибирского восстания 1921 года, известный тюменский писатель К. Я. Лагунов справедливо считал, что идеологическая работа Главного штаба в Тобольске по размаху и уровню убедительности многократно превосходила контрпропаганду своих противников — большевиков.

Обращение к материалам повстанческой газеты «Голос Народной армии» позволяет, прежде всего, отчетливо выявить ярко выраженную антикоммунистическую направленность этого агитационно-пропагандистского органа. Газета пыталась формировать в массовом сознании образ злобного, жестокого врага — коммуниста, истребление которого явилось бы долгожданным спасением сибирского крестьянства и всей России.

Характеризуя идеологию повстанческого движения, командир 85-й стрелковой бригады Н. Н. Рахманов в докладе помглавкому по Сибири В. И. Шорину подчеркивал: «Указанными в предыдущем ошибками продовольственной политики, преступным поведением продотрядов ловко воспользовались все ненавистники советской власти и постепенной агитацией, подтверждаемой указанием на примеры, происходившие на местах, углубляли недовольство крестьян. Кулачество, попы, кооператоры, лесничие, разные отбросы старого режима, колчаковцы, спрятавшиеся по глухим деревням, сумели разъяснить и убедить крестьян, что главным врагом, причиняющим лишения крестьянам, является коммуна, коммунистическая партия. В результате этой агитации вся ненависть восставших крестьян пала на коммунистов, произошли дикие расправы с коммунистами…».

Газета выражала мнение, что основным мотивом повстанческой борьбы является свержение коммунистического насилия, восстановление дарованных Февральской революцией 1917 года и затем узурпированных большевиками демократических свобод, восстановление частной собственности и свободной торговли. По мнению автора статьи «За что они борются», коммунисты предали истинные идеалы революции, переродившись в новую, еще более хищную буржуазию.

Газетные материалы пестрят сообщениями и статьями о возмутительных по своей жестокости бесчинствах и зверствах коммунистов по отношению не только к мятежникам, но и к мирному крестьянскому населению. Так, в корреспонденции под характерным названием «Зверства отступающих коммунистов» сообщалось о том, что в Ишимском уезде коммунисты, ворвавшись в село Кротовское, вырезали и убили до 40 человек, причем некоторые трупы были изуродованы ими до неузнаваемости. Жертвами беспощадной резни стали даже старики и старухи. В селе Черном Челноковской волости одна старуха погибла только потому, что во время захвата Черного повстанцами она уличила жену местного коммуниста в присвоении овчин из продовольственной конторы. Перед уходом из Черного коммунисты расстреляли до 10 арестованных, имущество которых было разграблено.

В корреспонденции «Бесчинства коммунистов», основанной на данных крестьянской разведки, сообщалось, что коммунисты собрали по окрестностям г. Ишима 22 священника, которые были тут же расстреляны. Автор делал нелицеприятный вывод: «И так коммунисты не признают ничего святого, никаких законов, топча ногами все возвышенное, они действуют хуже разбойников и зверей». При этом о фактах жестокого террора по отношению к коммунистам, советским работникам и членам их семей в том же Тобольске газета предпочитала умалчивать.

Вполне понятно, что проявлявшаяся по отношению к священнослужителям ненависть была связана с тем, что большинство из них поддерживали повстанцев, участвовали в проведении торжественных молебнов в поддержку восставшего крестьянства по случаю освобождения от коммунистов, крестных ходов и т. п.

Рассказывая со слов очевидцев о событиях в Ишимском уезде — эпицентре восстания, корреспонденты газеты «Голос Народной армии» стремились показать трагизм и безысходность положения здешнего крестьянства, обескровленного выполнением непосильной продовольственной разверстки, показать неизбежное зарождение крестьянского протеста. Газета, например, сообщала:

«Жители прежде богатого села Кротовского теперь разорены коммунистами <…> Чтобы удовлетворить требования на шерсть, крестьяне вынуждены были стричь зимою овец и держать их после этого в избах, стригли свои тулупы, полушубки и собак <…> Взамен отобранного крестьяне не получали от коммунистов ничего».

В то же время «Голос Народной армии» стремился показать вынужденный, ответный характер террора со стороны повстанцев. «Оставшиеся и попрятавшиеся коммунисты, — обращал внимание корреспондент, описывая бои за село Кротово Ишимского уезда, — при обнаружении, теперь уже в ответ на их зверства, расстреливались».

Газета «Голос Народной армии» пыталась сплотить на основе ненависти и мести по отношению к коммунистам разрозненные повстанческие группировки. Исторический опыт войн убедительно показывает, какой всесокрушающий характер приобретают чувства ненависти и мести, принявшие наибольший размах и сфокусированные на персонифицированном враге.

В редакционной статье «Или вы, или они» явственно проступал нравственный императив «или убьешь ты, или убьют тебя!»: «Теперь, братья крестьяне, отступления быть не может, теперь одно из двух <…> Победа или смерть — третьего быть не может».

Ярким образцом культивирования непримиримости, чувства ненависти и мести по отношению к врагу (коммунисту) стала и опубликованная «памятка партизана». Вот некоторые из её положений:
«1) Ты — партизан, ты взялся за оружие добровольно и поэтому ты на счету у коммуниста, как доброволец. Помни это и не жди пощады. <…>
7) Врагу — злодею не давай опомниться, сокрушай его на каждом шагу.
Засада, порча телефона, телеграфа, железной дороги в тылу и уничтожение связи и разведки противника — вот твоя постоянная боевая задача.
8) Помни, что врага нужно уничтожить, а не гонять его с места на место.
9) Враг — коммунист. Беспартийный красноармеец — брат твой.
10) С каждым новым днем силы и оружие врага убывают, а у партизан прибывают».

Однако уже к концу марта — началу апреля 1921 года в ходе ожесточенных и упорных боев с частями регулярной Красной Армии основное ядро повстанческих сил было разгромлено. Тобольск был взят частями Красной Армии и коммунистическими отрядами на рассвете 8 апреля 1921 года.

Таким образом, анализ периодических изданий партизан (1919 г.) и повстанцев (1921 г.) позволяет проследить такие черты нравственно-психологического облика наиболее активной части мятежников, как жажда мести, социально-психологическая готовность к мужественной, самоотверженной и беспощадной борьбе с врагом, отчетливо обнаружившиеся в синдроме жестокости и насилия и в последующие годы.

Периодические издания различных противоборствующих военно-политических группировок видели свою основную идеологическую миссию в создании образа врага, наделении противника отрицательными персонифицированными чертами, формировании к нему устойчивого чувства ненависти; пытались разжечь одновременно инстинкты самосохранения и чувство мести. Наиболее ярко гипертрофированные изменения в социальной психологии, выражавшие себя в конструировании с помощью различных приемов образа врага, прослеживаются в повстанческой газете «Голос Народной Армии».

Эта газета по ее содержанию и экспрессивной насыщенности не уступает выходившим ранее на территории Западной Сибири официальным колчаковским изданиям, преследовавшим, по сути, те же политико-идеологические цели в борьбе с Красной Армией. Активизация образа врага в массовом сознании всегда происходит в период острых социальных потрясений, кризиса мировоззрения, дезориентации и дезадаптации значительных слоев населения.

Источник: Курышев И. В. Печать партизан и повстанцев Западной Сибири в годы гражданской войны (1919—1921 гг.): сравнительная характеристика / И. В. Курышев // Научный диалог. — 2015. — № 12 (48). — С. 280—290.

скачать dle 12.1



Похожие публикации
У данной публикации еще нет комментариев. Хотите начать обсуждение?

Имя:*
E-Mail:
Введите код: *
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив


Архив сайта
Март 2024 (6)
Февраль 2024 (36)
Январь 2024 (38)
Декабрь 2023 (29)
Ноябрь 2023 (20)
Октябрь 2023 (33)
Календарь
«    Март 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Реклама
Карта Яндекс
Счетчики
Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru
При использовании материалов ссылка на источник обязательна. Спасибо за понимание.