Топ-100

Германо-польская война 1939 года: разгром Польши

Опубликовал: zampolit, 19-12-2022, 19:58, Путешествие в историю, 395, 0

1 сентября 1939 года в 4 часа 45 минут германский крейсер «Шлезвиг-Гольштейн», стоявший в порту Гданьск, произвел первые выстрелы второй мировой войны. Это был залп по польской крепости Вестерплятте. Одновременно немецкие сухопутные войска и военно-воздушные силы начали вторжение в Польшу.
Польский народ был вынужден первым испытать кошмар гитлеровского нашествия, а польская армия - первой встретить удар военной машины Гитлера.

Планируя нападение на Польшу, Гитлер и его генеральный штаб учитывали возможность военного вмешательства западных держав в связи с военными соглашениями, заключенными в 1939 году Польшей с Францией и Англией. Гитлеровцы понимали, что объединенные силы Франции, Англии и Польши превосходят вермахт, еще не вполне готовый к «большой» войне. Немецкий генеральный штаб перед началом польской кампании пришел при подсчете соотношения сил на Западе к неутешительному для себя выводу о том, что французская армия, способная развернуть 106 дивизий, могла быстро нанести удар силами 44 дивизий первого стратегического эшелона. Бельгийская и голландская армии по тем же расчетам могли выставить на 5-й день войны свыше 24 дивизий.

Этим силам союзников Германия могла противопоставить на Западном фронте около 30 недостаточно боеспособных дивизий с очень слабой артиллерией и крайне небольшим количеством средств ПТО. Тем не менее немецко-фашистское руководство решилось начать боевые действия 1 сентября надеясь, что и в условиях войны Германии с Польшей Англия и Франция будут придерживаться своего мюнхенского курса политики. Расчеты гитлеровского командования оправдались. Правящие круги Англии и Франции по-прежнему стремились направить немецко- фашистскую агрессию против СССР. Поэтому они не приняли никаких мер для оказания помощи своему союзнику, считая, что падение Польши неизбежно приведет к военному столкновению фашистской Германии и Советским Союзом. Если бы союзники выполнили осенью 1939 года свой долг перед Польшей, вермахт в самом начале оказался бы в сложной стратегической обстановке. Но этого не случалось, и гитлеровское командование получило возможность использовать свои основные силы и средства для быстрого разгрома Польши.

Основная задача германских вооруженных сил в предстоящей войне против Польши в соответствии с «Белым планом» состояла в уничтожении польских вооруженных сил путем внезапного нападения. Сухопутная армия должна была разгромить польскую армию; военно-воздушные силы — уничтожить польские ВВС, сорвать мобилизацию и развертывание польской армии, оказать непосредственную поддержку сухопутным войскам. В задачу военно-морского флота входило уничтожение или выключение из военных операций польских морских сил, блокада морских путей, ведущих к польским военно-морским базам, и блокада морской торговли. Для разгрома Польши предназначалось 53 дивизии. Для обороны на Западе оставалось 30 дивизий, в резерве — 12. Генеральный штаб решил разбить польскую армию, развернутую к западу от линии Вислы и Нарева, концентрическими ударами из Силезии, с одной стороны, из Померании и Восточной Пруссии — с другой. Окружить польские войска западнее Вислы, не допустить отхода каких-либо боеспособных частей в восточные районы страны — такой была основная задача. Главный удар наносился на юге, против Силезского промышленного района, захват которого, по мнению немецкого командования, сразу подрывал военный потенциал Польши. Для наступления создавались две группы армий: «Север» в составе 3-й и 4-й армий общей численностью в 21 дивизию и 1 кавалерийскую бригаду и «Юг» в составе 14, 10 и 8-й армий общей численностью в 32 дивизии. Основные усилия сосредоточивались в полосе группы армий «Юг», которая должна была наступать из германской Силезии, нанося главный удар своей 10-й армией в направлении Варшавы. В числе развертываемых против Польши 53 дивизий имелось: танковых дивизий — 6, моторизованных — 4, легких — 4. Основную ударную силу составляли танковые дивизии. Для авиационного наступления привлекались 1-й и 4-й воздушные флоты, которые должны были поддерживать соответственно группы армий «Север» н «Юг». Всего для наступления на Польшу выделялось до 2000 танков и 3000 самолетов.

Начертание германо-польской границы позволило германской армии занять охватывающее положение по отношению к польским силам и целеустремленно сконцентрировать войска на южном фланге. Немецкий план ориентировал войска на активные, наступательные действия.

Польский генеральный штаб разрабатывал главным образом планы войны против СССР. Лишь в 1938 году, когда подготовка нападения Германии на Польшу стала очевидным фактом, были предприняты шаги к планированию военных действий на западных границах. Отсутствие достаточных сил и слабость польской армии в техническом отношении предопределили тот факт, что польский план был чисто оборонительным. Не питая надежд на успешный ход военных действий против Германии, польские правители рассчитывали в случае войны на помощь Франции и Англии.

28 апреля 1939 года, когда Гитлер расторгнул германо-польский договор о ненападении, начались польско-французские переговоры об уточнении договора от 1921 года, предусматривавшего оказание Францией «немедленно и непосредственно» военной помощи Польше при нападении на нее Германии. 12 мая Рыдз-Смиглы направил в Париж военного министра Капшицкого, чтобы добиться конкретного военного соглашения. Французский главнокомандующий Гемелен обещал помочь Польше наступлением на Западе силами 40 дивизий. Переговоры закончились 19 мая 1939 года подписанием договора, который обязывал французскую армию предпринять наступление в помощь Польше всеми силами на 15-й день мобилизации после начала нападения Германии на Польшу.

В период с 23 по 30 мая в Варшаве находилась британская военная миссия во главе с генералом Клейтоном и полковником Давидсоном. Англичане уклонялись от оказания Польше помощи сухопутными войсками и военно-морским флотом, но посулили значительную поддержку авиацией. Они обещали направить Польше 524 бомбардировщика, 500 истребителей и 280 других самолетов, что в дополнение к польским ВВС казалось вполне достаточным для противодействия германским военно-воздушным силам. Кроме того, английская сторона обещала предпринять наступление авиации на территорию Германии. Все обязательства были подтверждены английским правительством и военным командованием.

Польское командование планировало выставить против Германии 49 соединений: 30 кадровых, 7 резервных пехотных дивизий, кавалерийских бригад, 1 танковую бригаду, до 500 танков и 1200 самолет. Главные силы польской армии развертывались непосредственно в приграничных районах. Длина оборонительного фронта превышала 1000 км, не считая открытого южного фланга.

Для обороны польское командование развертывало три группы армий. Северная группа армий с входящими в ее состав тремя армиями — «Модлин». «Нарев», «Вышков» — должна была удерживать линию рек Бобр, Нарев, Буг, Висла, обороняясь против немецких войск, наступающих из Восточной Пруссии, и фланкировать направление Модлин — Варшава с предмостных укреплений Нарев, Пултуск, Рожан.

Центральная группа армий, включавшая две армии — «Поморье» и «Познань», имела задачей отразить наступление из западной Померании.

Южная группа, состоявшая из четырех армий: «Лодзь», «Краков». «Карпаты» и «Прусы», получила трудную задачу — принять на себя удар противника из Средней Силезии. В случае отступления Северной и Центральной групп она должна была отходить в юго-восточном на­ правлении.

Казалось, в накаленной международной обстановке середины августа 1939 года, перед лицом угрозы готового к нападению вермахта, польскому военному командованию следовало немедленно приступить к развертыванию армии, авиации и флота. Однако польское правительство медлило с объявлением общей мобилизации. Немалую роль здесь сыграли англо-французские «друзья» Польши. 24 августа министр иностранных дел Франции Боннэ телеграфировал послу в Варшаве. «Французское правительство настойчиво рекомендует польскому правительству отказаться от всякого военного сопротивления и отвечать только дипломатическими средствами». Когда 29 августа, через три дня после начала мобилизации немецко-фашистских вооруженных сил, польское правительство наконец решилось в свою очередь объявить мобилизацию, то по настоятельной просьбе английского и французского послов она была отложена еще на 24 часа. Оба посла предостерегали поляков: решение начать мобилизацию будет способствовать усилению опасности войны! Несмотря на критическую обстановку, польское правительство и на этот раз пошло на уступку, объявив первым днем мобилизации 31 августа. Но было уже слишком поздно. Потерю времени нельзя было ничем восполнить. В итоге, когда утром 1 сентября началось немецкое вторжение, до одной трети армии не было готово к борьбе. К рассвету 1 сентября 15 польских соединений еще не успели сосредоточиться, 8 сосредоточились частично, а 26 соединений, хотя и сосредоточились, но полностью занять позиции не успели.

Польский план обороны имел очень мало шансов на успех. Развертывание проводилось чересчур близко к границам, и для обороны широкого фронта не хватало сил. Это привело к тому, что между флангами армий оказались ничем не прикрытые промежутки. Так, разрыв фронта между армиями «Нарев» и «Модлин» достигал 30 км. Стратегические фланги, особенно южный, не были обеспечены, что позволяло противнику легко осуществить стратегический охват с севера и юга.

Оперативные плотности войск при развертывании оказались низкими. Например, в армии «Лодзь» средняя оперативная плотность составляла 25-30 км на дивизию; в армии «Модлин» — 30 км на дивизию и т.д. Значительное превосходство противника в количестве войск и особенно в танках и авиации, опоздание с мобилизацией армии и отсутствие действенной помощи западных союзников – все это обрекало польскую армию на поражение.

В обстановке, которая сложилась незадолго перед началом второй мировой войны, у польского руководства оставался единственный и вполне реальный шанс избежать катастрофы. Этот шанс давали известные переговоры военных миссий Советского Союза, Англии и Франции в Москве в середине августа 1939 года. Нужно было признать курс политики коллективной безопасности, вступить в сотрудничество с СССР и воспользоваться предлагаемой Советским Союзом помощью. Согласие Советского Союза выставить в случае заключения договора на фронт против агрессии в Европе 120 пехотных. 16 кавалерийских дивизий, 5 тыс. тяжелых орудии, 9 - 40 тыс. танков, до 5,5 тыс. боевых самолетов было спасением для Польши. Но польские правители отвергли предложение СССР и тем самым подписали себе приговор. «...Правительство санации, — говорил тов. Гомулка, — зная, как незначителен военный потенциал его собственных вооруженных сил, и хорошо зная, что Франция и Англия ставили перед собой цель направить агрессию Гитлера против Советского Союза, не могло сомневаться в том, что в случае военного конфликта с Германией Польша должна будет потерпеть поражение. Однако оно предпочитало совершенно сознательно пойти на поражение Польши, чем менять свое отношение к Советскому Союзу, заключить с ним оборонительный союз и, таким образом, обеспечить Польшу если не от гитлеровской агрессии, то от поражения в войне с Германией. Именно в этом заключается преступность политики санации и ее пособников, измена польскому народу, прикрываемая ультрапатриотическими лживыми лозунгами».
На рассвете 1 сентября германская авиация, намного превосходившая по количеству и качеству польскую, подвергла ударам авиационные базы и аэродромы в Каттовице, Кракове, Лодзи, Радоме, Познани и других городах с целью полного разгрома польских ВВС. В первые же дни войны ей удалось добиться господства в воздухе. В многочисленных воздушных боях польские самолеты терпели поражение, так как были тихоходны и плохо вооружены.

Начавшееся наступление превосходящих сухопутных сил вермахта польские войска, несмотря на свою неготовность, встретили с большой решимостью.

Наступление 3-й немецкой армии из Восточной Пруссии в первый же день задержалось на млавских укрепленных позициях, где польские 20-я пехотная дивизия и Мазовецкая кавалерийская бригада на 15-километровом фронте мужественно сражались против четырех германских дивизий.

Главный удар силами пяти дивизий 4-й немецкой армии, наступавшей из Померании, обрушился на боевые порядки польской 9 пехотной дивизии, растянутой на 70-километровом фронте от района севернее Тухоль до Короново. Несмотря на то, что превосходство немцев достигало по пехоте 5:1, по артиллерии 6,5:1, отдельные польские части и соединения оказали героическое сопротивление.


На южном участке фронта главный удар наносила 10-я армия тремя моторизованными корпусами, а также 8-я армия. К утру 1 сентября 4 армии имели восьмикратное превосходство в танках, трехкратное — в пехоте и десятикратное — в авиации над оборонявшимися здесь польскими армиями «Лодзь» и «Краков». При столь несоизмеримом превосходстве противника и недостаточной готовности польских войск к отражению удара сопротивление армий «Лодзь» и «Краков» не могло быть длительным. Лишь в течение первых двух дней полякам удалось сдерживать и этом участке фронта натиск врага.

Особенно упорное сражение завязалось на том участке фронта, где 10-я армия наносила главный удар своими 1-й и 4-й танковыми дивизиями (имевшими в общей сложности свыше 600 танков) в направлении Радомско. Здесь, на левом фланге армии «Лодзь», в районах Мокра и Клобуцк части Волынской кавалерийской бригады при поддержке двух бронепоездов артиллерийским огнем отбили атаки 4-й танковой дивизии и нанесли ей значительные потери. Однако на левом фланге армии «Лодзь», в стыке с армией «Краков», образовалось восьмикилометровое неприкрытое войсками пространство. Сюда двинулась 1-я немецкая танковая дивизия, а за ней вскоре и 4-я. Перед немецкими танковыми соединениями в ближайшей глубине польских войск не было. Простым движением вперед они охватывали фланг армии «Лодзь». Командующий армией, опасаясь выхода противника в тыл, решил в ночь на 2 сентября отвести войска на 10 - 15 км к северо-востоку, на оборонительные позиции вдоль рек Прозна и Варта.

В последующие несколько дней в полной мере обнаружилось превосходство германских вооруженных сил на земле и в воздухе.

Штаб гитлеровских ВВС после завоевания господства в воздухе установил два главных объекта действий авиации: железные дороги и наземные войска. Массированными ударами по железным дорогам германская авиация вскоре сорвала подвоз резервов, дальнейшее отмобилизование и развертывание польской армии. Работа железнодорожного транспорта была нарушена повсеместно. Гитлеровская авиация добилась крупных оперативных результатов, и это не могло не сказаться отрицательно на боевых действиях польских войск.

На севере 4-я немецкая армия, используя превосходство в танках и авиации, 3 - 4 сентября развивала успех в «Польском коридоре». Польские войска и здесь сражались мужественно и стойко. Однако после ряда упорных боев немецкие войска окончательно отрезали в «коридоре» две польские дивизии. Наступление 4-й армии в «Польском коридоре» продолжалось пять суток, в течение которых она продвинулась на 70 км со среднесуточным темпом 14 километров.

Польское верховное командование не организовало взаимодействия на стыке двух армий («Поморье» и «Познань») и не приняло мер к тому, чтобы прикрыть широкий разрыв между их внутренними флангами. В результате обе эти армии действовали обособленно. Разрыв ликвидировать не удалось. 4-я германская армия получила возможность наступать по обоим берегам Вислы на Медлин и далее на Варшаву.

На млавском направлении войска польской армии «Нарев» продолжали отбивать атаки главных сил 3-й немецкой армии, нанося им урон.

Командующий 3-й немецкой армией решил сломить сопротивление поляков ударами авиации. Дважды 3 сентября группа пикирующих бомбардировщиков атаковала позиции польской обороны в районе города Млава. Однако и это не принесло успеха. Упорно и мужественно обороняясь, польские войска несколько суток сдерживали 3-б армию, содействуя тем самым отходу войск армии «Поморье» из-под охватывающего удара. 6 сентября немцам удалось овладеть переправой через Нарев у Рожан, продвинуться вперед в стыке между армией «Нарев» и группировкой «Вышков» и форсировать Буг у переправы Брок. 10 сентября они уже находились в пространстве между Вислой и Бугом.

Но решающие события развернулись на южном фланге, где 10-я и 8-я немецкие армии при поддержке основной массы авиации 4-го воздушного флота превосходящими силами теснили польскую армию «Лодзь», стараясь развить успех к северу-востоку. Обстановка для польских войск складывалась здесь все более неблагоприятно.

Уже 2 сентября обнаружилась реальная угроза охвата левого фланга армии «Лодзь». В то время как 4-я немецкая танковая дивизия вела безуспешные фронтальные атаки и весла потери, 1-я танковая дивизия продвигалась в открытом пространстве на незащищенном стыке двух польских армий — «Лодзь» и «Краков». Она преодолела за двое суток |60 км и вскоре оказалась южнее Радомско. Этот глубокий оперативный прорыв создал реальную угрозу отсечения армии «Лодзь» от армии «Краков» и разгрома их по частям. Опасность еще больше усилилась после того, как 4-я танковая дивизия была перегруппирована и двинута в прорыв вслед за 1-й дивизией.

Как свидетельствуют польские источники, главное командование польской армии ни 2, ни 3 сентября не проявляло серьезного беспокойства по поводу положения на стыке этих армий. Оно было уверено в том, что резервная армия «Прусы» под командованием Демба-Бернацкого сумеет сдержать германское наступление под Петроковом. В переговорах с командующим армией «Лодзь» Руммелем утром 3 сентября Рыдз-Смиглы подчеркнул, что от Руммеля «...в огромной степени зависит удержание главной полосы обороны». Он порекомендовал поддерживать связь с Демба-Бернацким, армия которого «сосредоточивается в районе Петроков», и заявил, что армию «Прусы» следует возможно дольше удерживать от ввода в сражение. Руммель, учитывая, что противник обходит фланги его армии, естественно, не согласился с дальнейшим оттягиванием ввода в сражение армии Демба-Бернацкого. Он хотел добиться ее скорейшей помощи на своем левом фланге и этому просил Рыдз-Смиглы о согласовании взаимодействия с армией «Прусы». Просьбу о вводе в сражение резервной армии главнокомандующий не удовлетворил. Организовать взаимодействие между армиями «Лодзь», и «Прусы» предоставлялось самим командующим этими армиями без какого-либо участия генерального штаба.

Однако события опережали действия польских командиров. 4 сентября 8-я немецкая армия двумя дивизиями уже обходила правый фланг армии «Лодзь» на Варте. Левому ее флангу угрожали теперь две танковые дивизии. Настало время, когда дальнейшее промедление с вводом в действие на южном фланге не только резервной армии Демба-Бернацкого, но и расположенной к северо-западу армии «Познань» стало нетерпимым и могло лишь привести к плачевному исходу. Но главное командование все еще считало ввод в сражение армии «Прусы» преждевременным и отклонило просьбу не только Руммеля, но и самого Демба-Бернацкого о нанесении контрудара. Армии «Познать» ставилась задача «отойти в тыл», чтобы после перегруппировки перейти в наступление. Потеря времени с организацией ввода в действие резервной армией «Прусы» и армии «Познань» катастрофически ухудшила обстановку на южном фланге польского фронта. Соединениям армии «Прусы», разбросанным на большом пространстве, требовалось для сосредоточения и подготовки контрудара не менее полутора суток. Следовательно, даже если бы приказ о вводе в сражение армии «Прусы» был отдан 4 сентября, контрудар мог начаться лишь 6 сентября. Польское главное командование потеряло время. Две немецкие танковые дивизии вышли в район Петрокова прежде, чем резервная армия «Прусы» смогла изготовится для контрудара. Возможность изменить обстановку была утрачена. Потерпев поражение по частям от немецких танков и авиации, армия «Прусы» поспешно начала отходить. Двусторонний охват армии «Лодзь» дополнился прорывом ее ослабленного фронта в районе Серадз. Не имея ни резервов, никакой-либо поддержки соседей, командующий армией «Лодзь» 5 сентября в 22 часа отдал приказ: «...отходить в тыл, чтобы не дать себя окружить». Еще через час по телефону из Варшавы поступило распоряжение верховного главнокомандования об общем отводе войск всего южного крыла за Вислу. Армии «Лодзь» ставилась задача отойти на Гура Кальвария и Парчев. Армия «Познань» отводилась на Варшаву, армия «Прусы» — к переправам под Демблином и Пулавами. Враг захватил наиболее важные в экономическом отношении районы страны.

В результате неблагоприятного исхода сражений западнее Вислы на юге в линии фронта образовались многочисленные бреши и пустые пространства, которые открывали германским подвижным войскам широкие возможности для маневра.

4 - 6 сентября из-за ошибок польского командования и начинающейся дезорганизации фронта обстановка стала для немцев такой выгодной, что командованию наступающих группировок не оставалось ничего другого, как «подстегнуть» танковые и моторизованные дивизии и заставить их двигаться быстрее. Дезорганизация польского фронта на некоторых участках усиливалась от ударов авиации. Общие темпы германского наступления на юге возрастали. Проникнув в оперативный тыл, немецкие подвижные войска начали дробить и охватывать отдельные польские группировки. Движение танковых и моторизованных войск через возникшие бреши ставило под угрозу всю систему польской обороны. Немецким танковым соединениям удалось окружить польскую группировку в районе Радом.

Централизованное руководство польскими вооруженными силами все более утрачивалось. Связь войск с главным командованием почти повсеместно была нарушена. Генеральный штаб, еще находившийся в Варшаве, терял ориентировку в событиях. Авиация парализовала оперативный тыл. Командующие и штабы армий не знали общей обстановки и положения соседей. Их попытки организовать взаимодействие с соседними армиями ни к чему не приводили. Стойко сражавшиеся польские войска не могли сдерживать удары танковых соединений, так как не располагали средствами и навыками борьбы против танковых масс. Удары немецких танков и авиации вносили дезорганизацию в ряды польских частей. Количественное и техническое превосходство гитлеровского вермахта над польской армией сказывалось теперь в полной мере. Германская армия оказалась более сильной, подвижной и маневроспособной, чем польская.

Тем временем на севере продолжалась героическая оборона Вестерплятте. Гитлеровцы многократно превосходили польский гарнизон в живой силе и особенно артиллерии. Против авиации защитники Вестерплятте были совершенно бессильны. В таких условиях, находясь в полном окружении, польский гарнизон отражал яростные атаки врага. Крупнокалиберная артиллерия крейсера «Шлезвиг-Гольштейн» и пикирующие бомбардировщики громили польские укрепления, превращая их в груды развалин. Морская пехота и части СС «Данцигер хеймвер» штурмовали позиции. В течение первого дня гарнизон отбил четыре атаки. 2 сентября после двухчасовой артиллерийской подготовки германская морская пехота снова двинулась на штурм. Он был отражен с потерями для гитлеровцев. Потом снова артподготовка и атака за атакой. Лишь 7 сентября сопротивление польского гарнизона было сломлено сопротивление польского гарнизона было сломлено.


Героическая оборона Вестерплятте, а также Модлина и полуострова Хела вписала яркие страницы в военную историю польского народа.

К 8 сентября наиболее выдвинутыми на запад оставались находившиеся в Познаньской провинции польские армии «Познань» и «Поморье». В условиях общего отхода польских войск и быстрого продвижения к Висле немецких танковых и моторизованных частей любая задержка этих армий, изолированных от северной и южной группировок, западнее Вислы могла привести к непоправимым и пагубным результатам. Единственно правильным решением для них следовало считать отход за Вислу. 8 сентября это еще можно было сделать. Но польское командование решило частью сил армий нанести контрудар на юг, в направлении Лодзи. В результате произошла так называемая «Битва над Бзурой», в ходе которой со стороны польских войск было проявлено немало доблести, но ее итоги для них оказались тяжелыми.

Победа немцев в этом сражении была намного облегчена ошибками, допущенными здесь польским командованием. Вместо того чтобы вывести армию «Познань» из-под угрозы глубокого двухстороннего охвата, польское командование втянуло ее в бесперспективное сражение севернее Лодзи. По решению командующего 10 сентября армией «Познань» был нанесен контрудар тремя пехотными дивизиями специально созданной для этой цели оперативной группы генерала Кноля по левому флангу 8-й немецкой армии, наступавшей на северо-восток. Был достигнут успех под Ленчицей. Контрудар мог привести к значительно большим результатам, если бы он получил поддержку армии «Лодзь». Но эта армия отступала, и организовать взаимодействие с ней не удалось.

Против армии «Познань» и части сил отходившей сюда армии «Поморье» (всего 7 дивизий и две кавалерийские бригады) было направлено 16 немецких дивизий – более половины состава группы армий «Юг» и основные силы 4-го воздушного флота. В 10-дневных упорных боях войска двух польских армий потерпели полное поражение.
Героической страницей борьбы польского народа против фашистских захватчиков являлась оборона Варшавы. Оборона Варшавы свидетельствовала о том, что польские патриоты в обстановке падения режима санации и бегства реакционного правительства за границу поднялись на национально-освободительную борьбу, защищая теперь уже не прогнивший общественный строй, а свою свободу, право на самостоятельное национальное существование.

Гарнизон Варшавы не располагал силами и средствами, достаточными для успешной обороны города. Тем не менее оборона Варшавы, продолжавшаяся с 8 по 26 сентября, сковала крупную группировку немецко-фашистских вооруженных сил – 8-ю армию, усиленную несколькими дивизиями 3-й и 10-й армий.

Причиной стойкости обороны Варшавы является участие в ней трудящихся масс, прежде всего героического варшавского пролетариата. Активная борьба народа — рабочих, солдат, трудовой интеллигенции придала обороне Варшавы характер национальной, освободительной борьбы. В первых рядах защитников Варшавы выступили польские коммунисты и левые социалисты. Выйдя из тюрем, брошенных охраной, коммунисты вступали в отряды добровольцев и личным примером увлекали трудящихся столицы на самоотверженную борьбу. С первых же дней в Варшаве начали формироваться рабочие батальоны, которые приняли активное участие в боях. Из отрядов и батальонов выделялись боевые группы, выполнявшие наиболее сложные и опасные задания: они проводили ночные нападения на вражеские отряды в окрестностях города, на штабы, бронемашины, танки, вели разведку и т. п. Население Варшавы было готово обороняться до последней капли крови, драться до последнего патрона, оборонять от вторгшегося врага каждую улицу и каждый дом. Народ возводил баррикады. Для этого опрокидывались трамваи и автомобили, спиливались деревья бульваров и парков, нагромождались мебель и всякого рода хозяйственная утварь. Каждый квартал готовил свой добровольческий отряд. Когда не хватало оружия люди вооружались всем, чем могли. Образовались отряды вооруженных женщин и женщин-санитарок. Во всех госпиталях были открыты ускоренные курсы медицинских сестер. Появились военные мастерские, в которых женщины приготовляли корпию и бинты. Школьники средних школ образовали отряды курьеров и «национальные батальоны», на которые возлагалась обязанность подносить боеприпасы на передовую линию.
Благодаря широкому участию населения столицы, и прежде всего рабочих, удалось в короткий срок подготовить Варшаву к обороне, превратить ее в сильный укрепленный район.

Бои за Варшаву начались 8 сентября. В 18.00 4-я танковая дивизия 10-й немецко-фашистской армии, наступавшая через Петроков, Гура Кальвария, своим передовым отрядом ворвалась с юго-востока в город.

Однако ее дальнейшее продвижение было приостановлено. Попытки немцев прорваться в город не прекращались до 11 сентября, но все они героически отбивались защитниками столицы. Это заставило командующего группой армий «Юг» отказаться от дальнейших попыток взять Варшаву штурмом. Танковые соединения 10-й армии были отведены к западу и сменены пехотой. Осада Варшавы была поручена 8-й армии, получившей задачу взять ее голодной блокадой и ударами с воздуха. Немецко-фашистское командование приступило к варварским бомбардировкам города. В результате многодневных атак немецко-фашистская авиация произвела большие разрушения в беззащитной от воздушных налетов Варшаве. Именно в эти дни население польской столицы с особой остротой и горечью ощутило всю глубину предательства англо-французских «союзников». С нетерпением вглядывались варшавяне в небо на западе, надеясь увидеть там мощные английские воздушные эскадры. Но оттуда шли только волны «юнкерсов» и «хейнкелей», сбрасывавших свои смертоносный груз на беззащитную истерзанную Варшаву.

К концу сентября польские войска продолжали сопротивление лишь в отдельных очагах. 6 октября одна из последних польских группировок под командованием генерала Клееберга сложила оружие в районе Коцна. Под ударами превосходящих сил вермахта польская армия прекратила свое существование.

Поражение польской армии, бегство за границу польского правительства и стремительный марш гитлеровских войск на восток создавали угрозу западным границам СССР. Не было никакой гарантии в том, что немецкие фашисты, ободренные успехами в Польше, не приедпримут попытки вторгнуться в пределы Советского Союза уже осенью 1939 года. Но даже если бы они не рискнули развязать войну немедленно, то каждый лишний километр их продвижения на восток означал создание выгодного плацдарма для нападения на СССР в будущем.


Кроме того, Советский Союз должен был взять под защиту население западных областей Белоруссии и Украины, долгие годы находившееся под гнетом реакции, которому теперь угрожала гитлеровская оккупация.
По решению правительства СССР 17 сентября войска Советской Армии начали свой освободительный поход в западные области Украины и Белоруссии. Марш гитлеровских войск был остановлен на Буге. Население освобожденных районов было взято под защиту Советской державы.

Германо-польская война, длившаяся немногим более месяца, закончилась полным поражением польского буржуазно-помещичьего государства. Сентябрьская катастрофа была огромный потрясением для польского народа, попавшего под страшный гнет гитлеровской оккупации. Она явилась результатом реакционной политики польских буржуазных правительств внутри страны и на международной арене в предвоенные годы. Польская реакция, ослепленная ненавистью к социализму, вопреки интересам польских трудящихся, старательно превращала Польшу в бастион капиталистического мира против Советского Союза и революционного движения в Восточной н Центральной Европе. Предавая национальные интересы во имя международной контрреволюции, поьская буржуазия заключила 26 января 1934 года союз с гитлеровской Германией, означавший ее подчинение фашистскому диктату. Однако, неумолимый ход событий заставил польских правителей вступить в войну с фашистской Германией.

Сентябрьскую катастрофу подготовил также мюнхенский курс внешней политики правящих кругов Англии, Франции и США, направленный на попустительство агрессору и подталкивание его на восток. Особо пагубную роль сыграло нежелание польского правительства принять политику коллективной безопасности, вступить в соглашение с Советск Союзом и приобрести в лице СССР мощного союзника против Германии. Отказ от сотрудничества с СССР, которое предлагалось польскому правительству и которое было в тех условиях единственным спасением польского народа, поставил Польшу в положение международной изоляции перед лицом гитлеровской Германии. Надежды польских руководителей на помощь Англии и Франции оказались призрачными. В критический момент правящие круги этих стран не выполнили своих договоров и обещаний о помощи Польше.

Поражение Польши было обусловлено также отсталостью и хроническим застоем ее экономики. Она не располагала минимально необходимыми экономическими ресурсами для ведения войны. Ее производственные мощности не могли обеспечить выпуск военной техники в необходимых размерах.

В области внутриполитической сентябрьскую катастрофу подготовила та антинародная политика, которую проводили господствующие круги в течение 20 лет, раскалывая демократические силы страны. Острые классовые и национальные противоречия, существовавшие внутри буржуазно-помещичьей Польши, перед войной еще больше обострились. Когда началась война, они проявились с особой силой; правительство оказалось изолированным и оторванным от народных масс, а военное командование — от армии. Все это подрывало общий фронт борьбы про­тив агрессора.

Сентябрьское поражение не сломило волю польского народа к сопротивлению агрессору. С первых же дней оккупации началась борьба польских патриотов за национальное освобождение. Если часть польской крупной буржуазии уже осенью 1939 года стала сотрудничать с оккупантами, если другая ее часть, ориентируясь на англо-американский империализм, призывала народ к пассивному выжиданию, то рабочий класс уже в первые месяцы оккупации начал действовать как самый передовой и революционный отряд польского общества. Польские коммунисты, возглавляя антигитлеровские выступления рабочих, крестьян и партизанских отрядов, сплачивали патриотические силы и вовлекали в движение все новые группы людей.

Историческое своеобразие обстановки германо-польской войны было таково, что элементы национально-освободительной борьбы зародились, но не успели развиться достаточно широко, когда борьба вооруженных сил закончилась. В специфических условиях данной войны национальный подъем не смог приобрести повсеместного размаха и оказать решающее воздействие на ее ход. Тем не менее в самом начале второй мировой войны польский народ первым начал поднимать знамя национально-освободительной борьбы. Известно, что В. И. Ленин неоднократно подчеркивал возможность и даже неизбежность национальных войн при империализме; в годы первой мировой войны он говорил о наличии национального элемента, например, в австро-сербской войне, которая велась в целом в рамках войны империалистической.

В дальнейшем ходе второй мировой войны элементы национально-освободительной борьбы разрастались, накапливались в различных странах Европы и в конце концов оказали большое влияние на ее характер в целом.

В области военной сентябрьское поражение было обусловлено общим превосходством противника в силах, отсутствием достаточного количества вооружения, особенно авиации и танков, его невысоким качеством, устаревшими принципами ведения войны польским командованием, плохой организацией управлением войсками, отсутствием стратегических резервов, опозданием с мобилизацией и развертыванием армии, слабостью противовоздушной обороны.

С военной точки зрения германо-польская показала немало нового.

Моторизация вооруженных сил открыла перед военным искусством большие возможности. Быстроходные танки и авиация, применяемые массами, начали изменять характер сражений, которые стали более подвижными и маневренными, чем когда- либо раньше. Моторизация не только повысила скорость передвижения войск, но и потребовала значительно ускорить деятельность всех звеньев армии от высших штабов до солдат. Польская армия оказалась неподготовленной к высоким темпам сражений. Вермахт имел то преимущество, что его личный состав был воспитан в духе активных, стремительных действий. Его организационная структура и техническое оснащение были к ним приспособлены лучше, чем у польских войск. Особенно ярко выражалось это в управлении войсками. Немецко-фашистское командование действовало более гибко, чем польское, быстрее реагировало на обстановку и значительно шире использовало радиосвязь. Глубокие прорывы танковых и механизированных соединений при поддержке авиации, широкие охваты, маневр на окружение применялись здесь в необычайно широких размерах.

Источник: Д. Проэктор «Германо-польская война», Военно-исторический журнал, № 9, 1959 г.

скачать dle 12.1



  • Не нравится
  • 0
  • Нравится

Похожие публикации
У данной публикации еще нет комментариев. Хотите начать обсуждение?

Имя:*
E-Mail:
Введите код: *
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив


Архив сайта
Июнь 2024 (22)
Май 2024 (42)
Апрель 2024 (37)
Март 2024 (43)
Февраль 2024 (35)
Январь 2024 (37)
Календарь
«    Июнь 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
Реклама
Карта Яндекс
Счетчики
Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru
При использовании материалов ссылка на источник обязательна. Спасибо за понимание.