шаблоны для dle, uaBIG.com - инструменты для вашего сайта
Форма входа
Логин:
Пароль:
Забыли пароль?
» Путешествие в историю » Тюменцы и ожидание войны в 1920-е годы

Тюменцы и ожидание войны в 1920-е годы

Автор: zampolit
19-04-2017, 12:23
Тюменцы и ожидание войны в 1920-е годы

1920-е годы были сложным временем для молодого Советского государства, становление которого происходило в условиях экономической разрухи, радикальной социальной и политической перестройки общества на фоне перманентно существовавшей военной угрозы. Последнее обстоятельство способствовало формированию специфического массового сознания, в котором большое место занимал милитаристский элемент. Население страны в целом и жители края в частности жили в постоянном ожидании войны, чему в немалой степени содействовали целенаправленные усилия официальной пропаганды. Она настойчиво формировала образ внешнего и внутреннего врага, которому противостоят сплоченные ряды советских граждан, готовых защищать «завоевания революции». Такова была официальная версия происходящего.

Сегодня мы можем посмотреть на проблему с другой стороны, глазами простых жителей края, высказывавших свое мнение в ходе частных бесед, споров. Зачастую это происходило в форме распространения слухов, которые играли очень большую роль в формировании массового сознания в 1920-е гг., выступая в качестве альтернативы идеологизированным официальным средствам массовой информации. Поэтому, проанализировав их, мы можем составить достаточно полное представление о настроениях, господствовавших в широких народных массах. В качестве источниковой базы выступают сводки ОГПУ. В цитатах сохранена орфография оригинала.

Источник агрессии.

Прежде всего попытаемся определить направление, из которого, по мнению тюменцев, происходила главная военная угроза. Наиболее часто называются западные государства, в большинстве своем принимавшие участие в интервенции в годы Гражданской войны: Англия, Франция, США, Польша, Финляндия, Италия, Бельгия. Время от времени появлялись слухи о нападении на советскую республику Китая, Японии или Румынии.

Как правило, речь шла об агрессии со стороны государства в целом, хотя порой говорилось о вторжении с его территории эмигрантов — противников большевистского режима. Так, в ноябре 1924 г. зафиксировано появление слухов о предстоящем нападении Врангеля, в июле 1925 г. — о нападении Махно, якобы получившего в свое распоряжение французские войска, в апреле 1926 г. — о вторжении 400 тыс. русских офицеров-эмигрантов, высланных западными странами на Дальний Восток.

В ряде случаев говорилось о нападении на СССР армии, возглавляемой Троцким, который в глазах значительной части населения представлялся противником коммунистов и, следовательно, защитником простого народа, угнетаемого последними. Так, в январе 1924 г. среди торговцев тобольского рынка ходил слух о том, что намечается война между Лениным и Троцким, причем ей будет предшествовать голосование — «кто пойдет воевать за Троцкого, а кто за Ленина». После смерти Ленина эти слухи только усилились, говорили, что война неизбежна, т.к. Троцкий разослал по всей стране телеграммы с требованием «подчиняться только ему одному». С начала 1925 г. появляются разговоры о бегстве Троцкого за границу, где он организует свою армию и поведет ее на большевиков . В январе 1925 г. жители Тобольского района говорили, что Троцкий улетел на аэроплане за границу, набрал там войска и уже захватил Крым и Москву. При этом утверждалось, что победа будет за ним, поскольку за Троцкого пойдет Красная армия — «этот человек не Ворошилову чета».

Тюменцы и ожидание войны в 1920-е годы

Причины войны

По слухам назывались самые разные причины надвигающейся (или уже начавшейся) войны. Среди них: защита Польшей, как религиозной страной, священников, притесняемых советской властью (июнь 1923 г.), отказ коммунистов от уплаты большой контрибуции, якобы наложенной на Советский Союз Англией, Францией и Японией (сентябрь 1924 г.), необходимость выполнения СССР своих союзнических обязательств в отношении Латвии, на которую нападает Польша (сентябрь 1926 г.), раскол в высшем руководстве страны — между ленинцами и оппозицией (с 1924 г.).

Самым экзотическим вариантом, который, тем не менее, вполне серьезно воспринимался крестьянами, было мнение, что: «Английское правительство хочет воевать с Россией из- за того, что русские коммунисты в Петрограде убили английского представителя и сняли с него дорогое платье, и когда Англия потребовала денег за платье, то коммунисты платить отказались» (июнь 1923 г.).
Однако чаще всего на протяжении рассматриваемого периода называлась одна и та же причина — существование в СССР коммунистического режима, изначально враждебного внешнему капиталистическому окружению. Это во многом определяло цель и ход военных действий, как они представлялись широким слоям населения.

Цель и ход войны

В качестве главной цели агрессоров в большинстве случаев называлось уничтожение коммунистического режима, а не подчинение Советского государства, его расчленение и т.д. Так, в декабре 1923 г. в Тюмени прямо говорили: «на западе уже война, бьют коммунистов, скоро и наших коммунистов тоже будут бить». В марте 1925 г. крестьяне с. Караульноярского рисовали более подробную картину предстоящих событий: «на Дальнем Востоке и в Кронштадте высадился англо-американский десант, но войны не будет, а они только захватят одних главарей и в крайнем случае отравят газами одну лишь Москву, если жители не выдадут добровольно главарей власти» .

В июле 1927 г. по Тавдинскому району ходили слухи, что «Англия, Америка и прочие государства предъявили СССР ультиматум, чтобы Соввласть сдалась без боя и всех, кто сторонник Соввласти, то всех отправят на Сахалин, а если на это не согласны, то будут убивать не только коммунистов, но и граждан, которые сочувствуют Соввласти».

Будущая война представлялась именно как противостояние интервентов и коммунистов, в котором основная часть населения страны займет выжидательную позицию, втайне надеясь на поражение последних.

Отношение населения

Впрочем, ожидание это не всегда виделось в исключительно пассивной форме. К примеру, крестьянин д. Каренгиной в июне 1923 г. утверждал, что для предотвращения войны с иностранными государствами нужно «сделать восстание и перебить всех коммунистов». В октябре 1923 г. жители Гилеволиповской волости говорили, что им «тоже вооружаться и уходить в лес».

Исход столкновения предсказывался однозначно — поражение коммунистов. Это объясняет ту радость, с которой порой встречались слухи о начале войны. Так, в мае 1924 г. некий гражданин, недавно освободившийся из тобольской тюрьмы, рассказывал крестьянам, что «в тюрьме большая радость: Англия объявила войну России». Аналогичным образом отреагировал на сообщение о готовящемся нападении Румынии на Советский Союз один из рабочих завода НЭП, заявивший: «я... очень доволен, что Советскую власть скоро уничтожат».

Услышав о мобилизации, многие вспоминали события недалекого прошлого и говорили: «плохая будет надежда на мобилизованных, и будет то, что случилось с Колчаком» (вероятно, речь идет о восстании мобилизованных в Тюмени 13 марта 1919 г.). А служащие транспорта говорили в декабре 1924 г., что «Польша задаст нам жару... наши рабочие тоже поумнели и зря совать нос не будут».

Приметы войны

Слухи о скором начале военных действий циркулировали по территории края в 1920-е гг. практически непрерывно. Что же служило поводом для их появления? Каковы были приметы надвигающегося вооруженного конфликта?

Основанием для возникновения очередного слуха могло стать любое действие советской власти. К примеру, вскоре после начала в мае 1923 г. учета военнообязанных в губернии появляются толки, согласно которым это делается в ожидании войны с Францией. О том, насколько серьезно эти сведения воспринимались населением, говорит тот факт, что в Туринском уезде некоторые из являющихся на учет крестьян сразу заявляли, что «они воевать не будут, т.к. гражданская война разоряет крестьянское хозяйство, и, кроме того, семьи призванных в Красную армию ничем не обеспечиваются».

Тюменцы и ожидание войны в 1920-е годы

В январе 1924 г. началась регистрация находящегося у коммунаров оружия, что немедленно породило разговоры о скором начале войны. Аналогичную реакцию вызвал и проводившийся в январе 1925 г. переучет конного состава. Весной 1926 г. ходили слухи, что взятые на всеобуч допризывники 1904 г. «не будут учиться, а отправятся на войну в Китай», поскольку Америка и Франция уже захватили Китай и двинулись на СССР.

Обострение ситуации со снабжением промышленными товарами также однозначно толковалось как свидетельство надвигающейся военной катастрофы. В январе 1925 г. возвращающиеся из Тобольска крестьяне отмечали, что «в городе мало стает товаров, в особенности мануфактуры, должно быть, попрятали, боясь войны, другие говорят... что сукна идут на обмундирование Армии». В октябре 1927 г. в Ярковском районе говорили, что «товаров не стало, потому что заграница отказалась доставлять их, а коммунистам сейчас не до изготовления товаров, они копят крестьянские денежки да к побегу готовятся».

Наконец, развитию предвоенных ожиданий способствовала и сама официальная пропаганда, призывавшая население к укреплению армии и флота, проявлению бдительности. Крестьяне прямо говорили, что «и в газетах об этом писали: «Будьте готовы, будьте начеку» (январь 1925 г.).

О скором начале войны свидетельствовали и различного рода знамения. Так, в августе 1924 г. в нескольких районах говорили, что на дороге видели мешок с хлебом, из которого затем образовалась бочка крови. Возле бочки стоял древний старик, который сказал, что это означает «сильную войну в нынешнем год». В Шатровском районе в 1926 г. ходили слухи, что 1 марта в 11 часов ночи небо «вскрылось», что предвещает войну (аналогичное явление якобы наблюдалось накануне Первой мировой войны).

Порой говорилось, что война уже началась, назывались меры, предпринимаемые в связи с этим властями. Так, в октябре 1923 г. ходили слухи, что в Тюмени при Губмилиции организуется отряд особого назначения, который будет подавлять крестьянские восстания, ожидаемые с началом мобилизации. По другой версии, власти уже начали эвакуацию из Тюмени на пароходах в полном вооружении.

В ноябре 1923 г. в Тюмени говорили, что в Москве уже проведена мобилизация четырех возрастов, в Ишимском округе рассказывали о якобы расклеенном на улицах Ишима объявлении о мобилизации. В августе 1924 г. в Емуртлинском районе население говорило, что Америка объявила войну СССР и уже захватила все железные дороги, а местный священник утверждал, что война действительно началась, но только с Китаем и Японией, и все железные дороги забиты составами с ранеными красноармейцами. В сентябре 1924 г. один крестьянин рассказывал своим односельчанам, что бои уже идут, в Тюмени расклеены афиши о мобилизации, и он лично видел раненых на станции Тюмень. В октябре эти слухи получили развитие, в Тобольском округе говорили, что Китай захватил уже половину Сибири. В августе 1925 г. зафиксирован слух о мобилизации коммунистов от 17 до 40 лет. Исход войны во всех случаях толковался однозначно — поражение СССР и свержение коммунистического режима.

Подготовка к агрессии

Крестьянство, для которого устная информация зачастую была единственным источником сведений о внешнем мире, воспринимало подобные слухи весьма серьезно. На протяжении всего исследуемого периода составители сводок отмечают, что население относится к слухам о войне с доверием, делает соответствующие приготовления. Так, жители Уватского и Тобольского районов в августе 1925 г. отказывались продавать излишки хлеба за советские деньги, объясняя это тем, что скоро «совденьги не пойдут, что они уже имели случай наторговать колчаковских и керенских денег, которые никакой ценности не имеют, а для них это убыток». В д. Александровка Тугулымского района после получения в июле 1927 г. подобного известия о начале войны и скорой мобилизации началось поголовное пьянство, крестьяне стали «ходить из дома в дом как рекрута». В августе 1927 г. Яровский сельсовет ежедневно посещали группы крестьян, справлялись о якобы начавшейся войне и арестах мужиков в Шадринском округе. В декабре 1927 г. в Талицком районе крестьяне начали в массовом порядке закупать товары первой необходимости и продавать лишний скот, опасаясь, что скоро начнется война и его бесплатно заберут на нужды армии.

В массовом сознании населения Тюменского края в 1920-е гг. постоянно присутствовал такой элемент, как угроза войны. Его устойчивость и значимость были обусловлены особенностями внутренней и внешней политической обстановки.

Источник: Белов Станислав Леонидович. Еврейские сюжеты: записки краеведа / Стас Белов. — Тюмень: Мандр и Ка, 2009. — 308 с. + 1 с. ил. — Приложение к журналу «Лук & Чок»: Тюмень полосатая.

Комментарий: 0
|
Другие новости по теме:
Добавление комментария




Реклама
Календарь
«    Июнь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930 
Точное время
Карта
Найти рейсы
События
Счетчики
Яндекс.Метрика
Цены на топливо
Купить жилье