Тюмень - столица Обско-Иртышской области

Опубликовал: zampolit, 24-09-2016, 07:14, Путешествие в историю, 1 021, 0

В первые десятилетия советской власти Тюмень несколько раз меняла свой административный статус. Встретив большевистскую революцию в качестве одного из уездных городов России, она в апреле 1918 г. была объявлена «столицей» Тюменской губернии, после ликвидации которой в ноябре 1923 г. становится окружным, а затем — районным центром Уральской области.

Лишь очередная административно-территориальная перестройка позволила городу вновь выйти на ведущие позиции в региональной «табели о рангах»: 17 января 1934 г. решением Президиума ВЦИК он преобразуется в административный центр созданной тогда же Обско-Иртышской области.

Причины этих преобразований, не прекращавшихся до создания Тюменской области 14 августа 1944 г., носили многоплановый характер. Однако если весной 1918 г. они во многом определялись политическими мотивами — стремлением большевиков расширить административные функции «красной» Тюмени как оплота новой власти в регионе, то поворот 1934 г. в большей мере опирался на хозяйственные, социальные и духовно-культурные предпосылки.

С одной стороны, такая динамика обуславливалась усилением прагматических тенденций в политике правящей партии и государства, которые, вступив в полосу масштабных хозяйственных преобразований, искали эффективные способы использования ресурсов региона: в 1920-е гг. путем его интеграции с фабрично-заводским Уралом, а в 1934 г. за счет «опоры на собственные силы».

С другой стороны, новые акценты в административно-территориальном строительстве являлись реакцией на трудности «великого перелома». Взяв курс на форсированную индустриализацию, советское партийно-государственное руководство столкнулось с гигантским дефицитом финансовых ресурсов, оборудования, материалов, квалифицированной рабочей силы. Повысилась социальная напряженность.
Особенно сложная ситуация складывалась на периферии промышленных центров, которые финансировались и снабжались материалами в последнюю очередь, превращаясь в «обузу метрополии».

В этих условиях программы промышленного развития Зауралья постоянно срывались: строительство одних объектов индустриализации затягивалось, других — «замораживалось». Показательна в этом отношении судьба выдвинутого в 1930 г. проекта строительства металлургического комбината в Тюмени. Предполагалось, что «гигант социалистической индустрии», работая на железной руде Урала и каменном угле Кузнецкого бассейна, каждый год будет выплавлять 6 млн. т чугуна, то есть даже больше, чем его в то время производили все металлургические заводы страны. Однако из-за отсутствия «всего и вся» «реализация» проекта свелась к выделению участка под строительство (возле впадения в Туру речки Бабарынки), после чего была остановлена.

По тем же причинам не удалось выполнить намеченные в начале 1930-х гг. планы строительства многих других крупных объектов: железной дороги Тюмень–Тобольск–Алапаевск, заводов по производству трансформаторов, радиоаппаратуры, кранов и подъемных машин в Тюмени и других. В результате регион продолжал оставаться аграрным придатком фабрично-заводского Урала и по темпам развития стал отставать от своих восточных географических соседей, хотя до конца 1920-х гг. опережал их.

Создание Обско-Иртышской области призвано было остановить нарастание неблагоприятных тенденций путем «регионализации» администрирования и увязки его с возможностями края. К удивлению, эта важная страница в летописи тюменского региона почти не получила освещения в историографии и в лучшем случае представлена самыми общими фразами, наполненными фактическими ошибками:

«С 1 декабря (в действительности с 17 января) 1934 г. территория бывшей Тобольской/Тюменской губернии… вошла в состав Обь-Иртышской (в действительности Обско-Иртышской) области»; «В начале (в действительности в середине) января 1934 г. значительную часть Уральской области отделили (в действительности Уральская область была упразднена) и создали Обь-Иртышскую (в действительности Обско-Иртышскую) область с центром в Тюмени» и т.п.

Для понимания задач, выдвинутых властью перед новой областью страны, немалое значение имеет характеристика ее административных границ, которые не только не совпадали с границами «бывшей Тобольской/Тюменской губернии», но и существенно расходились с ними. Главное из этих отличий заключалось в том, что за пределами Обско-Иртышской области оказались наиболее населенные и важные в сельскохозяйственном отношении бывшие южные уезды Тобольской (Тюменской) губернии — Курганский, Тарский, Тюкалинский (входили в состав губернии до августа 1919 г.), Ишимский, Туринский, Ялуторовский, почти полностью включенные в состав Челябинской области, образованной одновременно с Обско-Иртышской.

Значение этих территорий для Южного Урала образно обрисовал один из партийных работников региона тех лет А. Борщев, назвавший Зауральское Приишимье «хлебной сумкой крупного индустриального строительства в Челябинской области».

В результате в состав Обско-Иртышской области вошли 7 (из 19) северных и центральных районов Среднего Зауралья — Вагайский, Нижнетавдинский, Тавдинский, Тобольский, Тюменский, Уватский и Ярковский, а также 2 национальных округа — Остяко-Вогульский (ныне Ханты-Мансийский автономный округ–Югра) и Ямальский (ныне Ямало-Ненецкий автономный округ), образованные в 1930 г. в Северном Приобье. Обладая огромными, но почти не освоенными ресурсами, Обско-Иртышская область являлась чуть ли не настоящей terra incognita, где располагались самый мощный в СССР Обь-Иртышский речной бассейн, безбрежные лесные массивы, имелись большие рыбные и пушные богатства, выпасалось 23% оленьего стада страны.

Объединение этих территорий в рамках единого административно-территориального пространства, казалось, создавало условия для укрепления внутрирегиональных связей и перехода к более широкому использованию природных богатств Обь-Иртышья.

В то же время реализация этих планов неизбежно упиралась в нескончаемую череду объективных трудностей (узкая финансовая база, в основном формировавшаяся за счет внутренних источников дохода, отсутствие надежных линий связи с большинством удаленных районов области, слабая заселенность территорий, катастрофический дефицит специалистов), преодолеть которые, опираясь только на собственные силы, было просто невозможно.

В этих условиях динамика развития северных территорий Обско-Иртышской области почти не претерпела изменений и, как правило, носила точечный характер (например, строительство первой на севере Западной Сибири электростанции в Остяко-Вогульске, ныне Ханты-Мансийске) или была рассчитана на отдаленную перспективу (например, геологоразведочная экспедиция под руководством В.Г. Васильева на реку Большой Юган, давшая важный материал для обоснования нефтегазоносности региона).

Более заметные изменения происходили в промышленных центрах южных районов области, особенно в Тюмени, где в 1934 г. завершилось строительство фанерокомбината — одного из крупнейших предприятий такого профиля за Уралом и фабрики валяной обуви им. Челюскинцев, которая ежегодно выпускала более 200 тыс. пар валенок. Летом 1934 г. был построен аэродром в районе дер. Плеханово, откуда самолеты авиагруппы полярной авиации стали совершать воздушные рейсы в Тобольск, Березово, Остяко-Вогульск и Салехард, а в ноябре 1934 г. в районе современного ипподрома появился первый в Тюмени хлебозавод, выпекавший дефицитный в то время «стандартный хлеб в брусках 3 и 2 кг».

«Регалии» областного центра подтолкнули городские власти к решению отдельных проблем тюменцев, на которые хронически не хватало средств в прошлые годы. Так, весной 1934 г. на пересечении улиц Герцена и Первомайской началось строительство нового здания драматического театра, расширились работы по благоустройству города: устанавливаются электрические фонари и новые деревянные тротуары вдоль ул. Республики, начинается мощение Базарной площади, а ул. Крестьянская (ныне ул. Кирова) из-за дефицита дорожного камня была вымощена деревянными чурками. Осенью прошли массовые субботники по озеленению городской территории, во время которых высадили 60 тыс. молодых деревьев.

С превращением Тюмени в областную «столицу» почти обычным явлением городского антуража стали автомобили, численность которых только за полгода увеличилась почти в 20 раз, с 8 до 153 машин. Причем если раньше заправка автомобиля горючим осуществлялась «стародедовским» способом — из установленной в гараже городского Совета цистерны водитель ковшом заливал бензин в бак машины, то теперь в Тюмени появилась первая бензоколонка, и эта операция, собиравшая огромную толпу зевак, приобрела вполне цивилизованные формы.

1934-й занял особое место в спортивной летописи Тюмени. В этом году на только что возведенном стадионе была установлена парашютная вышка, сразу же ставшая одним из любимых мест времяпрепровождения молодежи, а городские футболисты впервые участвовали в первенстве РСФСР, проиграв, правда, свой первый матч команде Свердловска со счетом 0:4. Тогда же состоялся первый в истории города детский турнир по шахматам.

В то же время перемены 1934-го мало сказались на условиях жизни большинства тюменцев, да и жителей других населенных пунктов области. Новостройки первых лет индустриализации почти не изменили внешний облик Тюмени. Одноэтажные деревянные дома, унылые корпуса фабричных предприятий, грязные, почти не освещенные дворы и улицы — вот типичная мозаика городского пейзажа тех дней.
Тяжелыми были жилищные условия большинства тюменцев. Правда, в 1934 г. темпы жилищного строительства возросли почти в 3 раза — за год построили 6,3 тыс. кв. м жилой площади. Тогда же завершилось строительство «дома-гиганта» «Реконструктор» — первого в городе полностью благоустроенного четырехэтажного жилого здания, расположенного на ул. Республики, 24 (в первые годы нового века здание «подросло», став пятиэтажным, и приняло административные структуры). Однако общая ситуация в жилищной сфере оставалась критической и даже ухудшалась: если в 1933 г. в расчете на одного горожанина приходилось 3,98 кв. м жилой площади, то в 1934 г. — 3,91 кв. м. при санитарной норме, явно заниженной, 9 кв. метров.

Низкой оставалась заработная плата основных групп рабочих и служащих, среднемесячный показатель которой составлял 132,8 руб., в то время как на рынке килограмм мяса стоил 10–13 руб., сливочного масла — 22 руб., а десяток яиц — 9 рублей.
В этих условиях город, его среда и повседневность представляли симбиоз традиционных и модернистских элементов, которые сплетались в специфические структуры, придавая процессу индустриальной модернизации фрагментарный характер.

Своеобразной иллюстрацией к сказанному являются сведения из информационной сводки Тюменского оперативного сектора ОГПУ за октябрь 1934 г.: «На лесозаводе «Красный Октябрь» в Тюмени настроение рабочих в связи с октябрьской годовщиной хорошее. Ими был взят ряд обязательств, которые выполняются успешным темпом. Рабочие своими силами приготовили украшение завода, делают мигающую звезду и т.д. Но до сих пор им не выдана зарплата за август месяц, и у многих не на что даже купить паек. Ожидают зарплату 2 ноября, но никто уже не верит».

Одновременно агенты ОГПУ фиксируют рост враждебных высказываний в адрес советской власти: «Дом купил. Теперь только бы дождаться японцев, и тогда будет все хорошо» (служащий фабрики «Пламя»); «Я плюю на фабрику и на советскую власть вместе с ее разжиревшими правителями так же, как они плюют на рабочий класс и заставляют работать голодом до потери сознания» (рабочий той же фабрики).

В то же время, если в Тюмени лишь 27,9% негативных высказываний жителей города, зафиксированных органами ОГПУ в 1934 г., несли в себе политическую окраску и 72,1% касались социально-экономических вопросов, то на Обь-Иртышском севере, где государство пыталось осуществить комплекс радикальных мероприятий по «советизации» системы управления, традиций и быта аборигенного населения, подобные настроения носили чуть ли не всеобщий характер, выливаясь в многочисленные, в том числе вооруженные выступления.

В этих условиях становится все более очевидным, что курс на разрешение проблем региона с «опорой на собственные силы» оказался малоэффективным и нуждается в срочных коррективах. В конце ноября 1934 г. этот вопрос даже специально обсуждался в ЦК ВКП(б) и ВЦИК СССР, после которых 7 декабря 1934 г. было принято решение об упразднении Обско-Иртышской области и включении ее территории в состав только что образованной Омской области, на которую возлагалась специфическая роль «региона-донора».
скачать dle 12.1



Похожие публикации
У данной публикации еще нет комментариев. Хотите начать обсуждение?

Имя:*
E-Mail:
Введите код: *
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив


Архив сайта
Июнь 2022 (22)
Май 2022 (34)
Апрель 2022 (22)
Март 2022 (40)
Февраль 2022 (46)
Январь 2022 (47)
Календарь
«    Июнь 2022    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930 
Реклама
Карта Яндекс
Счетчики
Яндекс.Метрика
При использовании материалов ссылка на источник обязательна. Спасибо за понимание.